Преобразования в светском этикете во времена правления Петра I

Некоторые люди с пренебрежением относятся к так называемому светскому обществу с его формальными условностями. Эти люди видят под светкостью внутреннюю пустоту, прикрытую внешней церемонностью.

И всё же, помните какое важное значение придавал правилам светского этикета наш великий преобразователь Пётр I? Не потехи ради он брил бороды и обрезал длинные полы кафтанов у своих бояр, не ради прихоти велел выпустить из вечного заточения в тереме русскую женщину. Он ясно понимал, что для смягчения диких и грубых нравов своих подданных необходимо привить им гуманность и уважение к чужой личности, особенно к женщине. Надо привить им мягкое и благородное обращение с себе подобными. Для достижения этого нужно было привить нашим предкам правила светского общежития и дать женщине возможность тонкой организацией её души влиять на смягчение грубых нравов общества.

Pjotr I

Пётр Великий, вступая на престол, твёрдо решил преобразовать наши нравы, и это намерение усилилось в нём с 1718 года, после его второго путешествия в чужие края. Желание государя как можно скорее произвести этот переворот, свойственное его пылкому характеру и неутомимой деятельности, не могло не вызвать препятствий у полуобразованного народа, свято повиновавшегося обычаям старины. Никто не смел противиться монарху в открытую. Но большая часть русских вельмож только внешне исполняя волю царя, старались удержать обычаи родной старины, в которой они выросли и получили в наследство от своих отцов. Другие же в угоду ли монарху, или же из сочувствия его помыслам и намерениям, предупреждали желания Петра, следуя во всём его чётко предначертанной программе. Это были особы приближённые к царю, а также знатные люди, отправленные в начале его царствования в чужие края, которые возвратились с желанием сблизить нас с просвещёнными народами и поставить наше общество на европейскую ногу. Поэтому в частной жизни русских эпохи Петра I присутствовала такая пестрота: борьба старого с новым, остатки русских обычаев с примесью голландских, французских и английских манер. Непринуждённость в обращении уживалась с мелочным этикетом. У одних азиатская пышность, у других благоразумная умеренность, не терпящая излишеств и не знающая недостатка. Каждая семья представляла собой в быту что-то отдельное, сохраняющее свой особый оттенок.

В те времена полагали, что истинная вежливость состоит в том, чтобы хорошо напоить и накормить гостя, в какое бы время он ни пришёл. Отказываться от предлагаемого хозяином угощения считалось неучтиво, и гость, который не выпивал столько, сколько старший, показывал неуважение к хозяину и всем присутствующим.

Вельможные особы, поддерживающие реформы Петра.

Среди бояр, поддерживающих Петра I в его нововведениях, первое место занимал фельдмаршал Борис Петрович Шереметев. Ещё пока Пётр был малым мальчуганом Шереметев уже неоднократно бывал за границей и жил при иностранных дворах в качестве посла русского правительства. И в то время, когда Пётр с топором в руках строил суда на Саарданской верфи, его верный боярин искал просвещения на противоположном  конце Европы, побывав в Вене, Венеции, Риме и на Мальте. Вернувшись на родину, он первым преподнёс урок той утончённости в нравах, того приличия, которые после старался распространить среди своих соотечественников.

Первым из русских Шереметев явился перед Петром во французском кафтане с Мальтийским крестом на груди и осыпанной бриллиантами шпагой, подаренной ему венским императором Леопольдом. Шереметев любил пышность. Однако обеды его, отличавшиеся изысканностью блюд, никогда не превращались в шумные пиры, где кубки с вином играли важную роль. Сам Пётр так уважал его, что никогда не принуждал пить. Во время государевых праздников только Шереметев и князь Михаил Михайлович Голицын были освобождены от обязанности в осушении кубка Большого орла.

Общество Бориса Петровича Шереметева состояло из людей самых образованных: :генерала-фельдцейхмейстера Брюса, английского посланника лорда Витворда, прусского Мардефельда и других иностранных министров и учёных, находящихся в то время в России. Молодые люди почитали за честь и славу, попасть к фельдмаршалу в вечерние собрания. Не было человека вежливее и ласковее Шереметева в обращении. Часто, разъезжая по Москве в сопровождении своей свиты, останавливался он на улице и выходил из кареты, чтобы поприветствовать старого сослуживца. Последние годы своей жизни он посвятил благотворительности и умер в 1719 году, любимый войском и народом.

Но никто из особо приближённых к Петру не жил  великолепнее его любимца – князя Меншикова. Дом его на Васильевском острове, на самом берегу реки, был в то время самым обширным и красивейшим зданием в Петербурге. Он имел своих камергеров, камер-юнкеров и пажей. За домом простирался огромный сад, лучший в Петербурге после царского, с оранжереями, фруктовыми деревьями, птичниками и небольшим зверинцем. В первые годы своего пребывания в Петербурге Пётр I часто давал в этом доме пиры для жителям столицы, на что и отпускал князю по тысяче рублей. Иногда Петр принимал здесь и иностранных послов в устроенной для этого тронной зале, рядом с которой находилась государева гардеробная. Он приезжал к Меншикову запросто, перед началом аудиенции выходил из гардеробной в тронную в нарядном кафтане и по окончании приёма, сбросив тягостную для себя церемониальную одежду, уходил от своего любимца.

Роскошные праздники князя Меншикова более всего походили на европейские. Гости приезжали к нему в лодках. Начиная с берега реки и далее у крыльца и на леснице, а также у всех дверей их встречали при звуке труб и литавр пажи, камер-юнкеры и камергеры княжеского двора, в синих мундирах, шитых золотом, в башмаках с золотыми пряжками и в цветных шёлковых чулках с золотыми и серебряными стрелками.

Обеды его, приготовленные лучшими, выписанными из Парижа, поварами состояли иногда из 200 блюд и подавались на золотом сервизе. Погреба были наполнены лучшими винами. Народ толпился на улице, чтобы посмотреть на князя, когда он в торжественные дни ехал во дворец.

Такая пышность приёмов была свойственна и другим, приближённым ко двору, семействам.

В прежние времена многочисленная прислуга и пышность в экипажах составляли необходимость для людей хорошего тона. Барин или барыня не могли выехать из дома в санях или в карете без слуг позади экипажа и нескольких верховых впереди, которые днём разгоняли народ на улицах, а ночью несли в руках длинные факелы, указывающие и освещающие дорогу.

Общие правила светской жизни, необходимые для представителей высшего общества.

Тогда этикет не разделял ещё общество по состоянию. Пригласительных билетов не знали. Приглашали только самых знатных. Знакомые и незнакомые приходили в назначенный час, садились за стол и, покушав хлеба-соли, уходили, часто не заботясь о хозяине. Хозяин или хозяйка встречали гостей в дверях поклонами и рюмкой водки или вина. Обеды, начинавшиеся в 12 часов, были продолжительными и состояли из множества блюд.

В частных собраниях, когда съезжались одни только короткие знакомые, жребий назначал даме кавалера, который должен был вести её к столу, садиться рядом с ней и ухаживать за обедом. Во время трапезы доморощенный музыкант развлекал гостей игрой на гуслях, а в торжественные дни вместо гуслей звучали духовые инструменты. После обеда дамы находились в одной, а кавалеры в другой комнате. Дамам подносились сахарные закуски, а кавалерам проносили ящики с вином. Начинались тосты, предлагал их обычно сам хозяин. Если общество было немногочисленно и нельзя было танцевать, садились играть. Мужчины играли в кости, шахматы или шашки. Замужние дамы играли с некоторыми кавалерами в короли, марьяж, ломбер, ламуш или лантре. Девушки с молодыми мужчинами забавлялись игрой в фанты, кошки-мышки и жгуты.

Общество представляло собой некую смесь противоположностей: совершенную непринуждённость между мужчинами и самый строгий этикет в обращении с женщинами. Простое обхождение Петра служило примером для подданных. В собраниях только возраст давал право на отличие. Часто вельможа, занимающий важное место в государстве, вставал перед человеком низшего звания, но покрытом сединами. Особенно старшие в семьях пользовались уважением у младших. Например, герой Финляндии князь Галицин, 60-ти лет от роду, не смел садиться при брате своём, который был несколькими годами старше.

Семейная жизнь русских бояр представляла из себя нечто патриархальное. На семейный праздник все родственники съезжались к дававшему его. Старший занимал почётное место. Все остальные, собравшись около него в большой круг, ждали позволения сесть. Когда все занимали свои места, старший начинал беседу, входя в обстоятельства жизни каждой семьи. Давая советы и замечания, распоряжался делами каждого. Никто из присутствующих сам не мог заговаривать со старшим или обращаться к другим во время его бесед.

Женщины не имели тогда такого влияния на общество. До Петра женщины показывались между мужчин редко, и то на несколько минут. К концу обеда в комнату, где сидели гости мужа, входила нарумяненная хозяйка в кокошнике, в бархатной с соболями телогрейке и в туфлях на высоком каблуке. За ней её дочери с повязками на головах, в цветных сарафанах и такой же обуви, как у матери. Осенив себя трижды крестом перед стоявшей в углу иконой и поклонившись гостям, ни слова не говоря, подносили они каждому 4 кубка: с водкой, вином, пивом и мёдом. Каждый гость должен был осушить кубок за здоровье красавиц и в благодарность получал поцелуй в щёку. Этим и ограничивалось участие женщин в обществе, пока указы Петра не дали им полные права. Однако, не смотря на старания Петра, ещё существовала некоторая отстранённость в обращении с мужчинами, поддерживаемая привычками воспитания старших. Чтобы не нарушать правил приличия, девушка не могла вступать в разговор с незнакомым мужчиной. Если же она была вынуждена поддержать такой разговор, то должна была отвечать на вопросы коротко: только «да-с» или «нет-с». Девушка не могла за вечер более двух-трёх раз танцевать с одним мужчиной, если он не был её родственником.

При такой застенчивости женщины не могли иметь большого влияния на мужчин. Хотя такое влияние всё-таки существовало. Желание нравиться занимало и тот и другой пол. Костюмы шились щеголеватее и пышнее прежнего. У женщин появились платья, шитые золотом, серебром или унизанные жемчугом. У мужчин появились цветные бархатные кафтаны с пуговицами из золота или драгоценных камней и длинные алонжевые парики. Общение с женщинами стало учтивее и деликатнее. В обществе учтивый кавалер должен был поднести дамам, которых хотел отметить, букет свежих цветов. Если на улице ехавший в карете мужчина встречался со знакомой дамой в экипаже, то обе повозки останавливались. Кавалер. Не взирая на погоду. Выходил из своего экипажа и с обнажённой головой, держа шляпу в руке, подходил к карете красавицы, чтобы поцеловать ей ручку.

Вот такие были обыкновения в высшем классе общества при Петре I.

В нашем быстроразвивающемся индустриальном обществе такие условности, конечно. Не приемлемы. Однако взять на заметку и адаптированно применить это в своей жизни всё же можно. Например, почитание  старших, особо уважительное отношение к женщинам.

Комично, конечно, будет смотреться, если мужчина остановит своё авто посреди улицы, чтобы выйти из него и поприветствовать даму, сидящую за рулём соседнего автомобиля.

А что бы вы перенесли в современную жизнь из этикета прошлого?

 

 

Войти

Поделитесь своим мнением здесь:

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

  1. Удивительно, как быстро произошли столь радикальные изменения!
    Это ведь действительно ломка сознания была.
    Но вот до низов, как в Европе, такие изменения не дошли тогда. А жаль. 🙂

  2. Думаю, не все то золото, что блестит. Это я про то, что не обязательно перенимать все в точности от запада. У нас своих замечательных традиций очень много. И женская застенчивость не худшее качество.

    • Конечно. Во всём в первую очередь нужна разумность. В том числе и в застенчивости. Стеснительность в наше время тоже не лучший союзник.не зря же родилась пословица, что наглость — второе счастье. Всего должно быть в меру разумного: и стеснительности, и наглости.

  3. Тема очень интересная. И… спорная. Надо было не надо? Каждый решит для себя. Но без этих преобразований не было бы и нынешней России..

  4. Мне кажется, уважение к старшим не помешало бы вернуть в современные традиции воспитания. Оно куда-то исчезает. Сколько раз видела — сидит молодой парень, а рядом бабушка стоит. И попробуй ему замечание сделать!

    Хотя, может, такие люди просто инвалиды, и стесняются вслух об этом сказать? Но, боюсь, что чаще всего эта инвалидность точно не физическая…

  5. Перенимать нужно что — хорошее, полезное и нужное, а не все подряд. Да и со своими традициями стоит считаться.